Концепция развития России до 2020 года оказалась невыполнимой

В 2020 году истекает формальный срок действия Концепции долгосрочного социально-экономического развития России от 2008 года. По ряду целевых показателей документа дедлайн фактически продлен — они стали национальными целями, закрепленными майским указом президента Владимира Путина в 2018 году. О том, почему стратегия осталась нереализованной, пишет РБК.

Концепция социально-экономического развития России до 2020 года, разработанная Минэкономразвития, была утверждена правительством в ноябре 2008 года. На первом этапе — до 2012 года — предполагалось создание базовых нормативных документов и начало их реализации. Однако в 2008 году из-за глобального финансового кризиса цели концепции во многом стали не реализуемыми уже на старте.

В 2011—2012 годах эксперты ВШЭ и РАНХиГС разрабатывали новый документ, ставший известным как «Стратегия 2020». Как пояснял Владимир Путин, программу по второму этапу концепции 2008 года необходимо было откорректировать в связи с изменениями, которые внес финансовый кризис.

В марте 2012 года авторы представили итоговый доклад из более чем 800 страниц, предполагавший переход России на постиндустриальную модель развития и рост ВВП минимум на 5% в год. Но Стратегия–2020 так и не была рассмотрена и утверждена правительством. А концепция долгосрочного социально-экономического развития, принятая в 2008 году, не была упразднена и формально остается действующей.

«В 2015—2020 годах Россия должна войти в пятерку стран-лидеров по объему ВВП (по паритету покупательной способности)», — говорилось в концепции. Россия по доле в мировом ВВП на протяжении многих лет делила пятое–шестое место с Германией, в 2011—2014 и 2016 годах опережала ее. По итогам 2018 года Россия находится на шестом месте (3,1% мирового ВВП). Первая пятерка представлена Китаем (18,7%), США (15,2%), Индией (7,7%), Японией (4,1%) и Германией (3,2%).

Вхождение России в пятерку крупнейших экономик мира закреплено в качестве национальной цели майским указом 2018 года. Согласно прогнозным расчетам МВФ, Россия в предстоящие годы все-таки обойдет Германию по доле в мировом ВВП, но к 2024 году уступит место в пятерке Индонезии.

За счет создания «модели инновационного социально ориентированного развития» в совокупности с традиционными конкурентными преимуществами в энергосырьевом секторе экономика должна к 2020 году выйти «на траекторию долгосрочного устойчивого роста со средним темпом около 6,4–6,5% в год», говорилось в концепции.

Фактические темпы роста экономики оказались далеки от спрогнозированных в 2008 году. Среднегодовой рост ВВП в 2014—2018 годах составил лишь 0,5%. В 2019—2020 годах рост, согласно прогнозу Минэкономразвития, составит 1,3—1,7%. Ускорение экономики ожидается только с 2021 года, до 3,1—3,3%, но при условии реализации обширной программы улучшения делового климата, снижения административных барьеров для бизнеса, цифровизации и т. д.

К 2020 году, по сравнению с 2012-м, реальный ВВП должен был вырасти на 64—66%, следует из концепции. Но если проанализировать фактическую динамику ВВП с 2012 года, то получится, что в 2013—2019 годах он вырос на 5,8% (с учетом последних прогнозов властей по текущему году).

Концепция декларировала цель увеличить реальные располагаемые доходы населения по итогам 2020 года на 64—72% по сравнению с 2012 годом. Однако если в 2007—2013 годах доходы населения росли (на 22% в общей сложности), то с 2014 года началось их сокращение.

По данным Росстата, с 2014 года наблюдается непрерывная отрицательная динамика, которая сменилась околонулевым ростом только в 2018 году.

В III квартале 2019 года Росстат зафиксировал резкий рост реальных доходов — сразу на 3% (к соответствующему периоду прошлого года). Это озадачило экономистов, указавших не «нестыковки» этих данных с отрицательной динамикой других экономических показателей.

В общей сложности с 2012 года к третьему кварталу 2019-го реальные располагаемые доходы россиян сократились примерно на 5%.

Еще одна цель концепции на 2020 год — снижение уровня абсолютной бедности с 13,4% в 2007 году до 6–7%, а также увеличение среднего класса до более половины населения.

Уровень бедности снижался с 2008-го по 2012 год, когда доля населения с доходами ниже прожиточного минимума опустилась до 10,7%. Затем количество бедных опять стало расти и по итогам 2016 года составило 13,3%. После снижения в 2017—2018 годах в нынешнем показатель начал вновь подниматься: по итогам II квартала 2019 года Росстат зафиксировал рост до 12,7%: за чертой бедности живут 18,6 млн человек.

Цель, обозначенная в концепции, сохраняется, но ее продлили до 2024 года. Что касается среднего класса, то сейчас к нему можно отнести порядка 38% россиян, подсчитали в ВШЭ. При этом полностью соответствуют всем критериям среднего класса лишь 10,3 млн человек, или 7% по всей стране. В свою очередь, экономисты Альфа-банка утверждают, что доля среднего класса в России сократилась до минимума за 15 лет и составила в 2018 году 30%.

О том, что цели остались невыполненными, недавно напомнил глава Счетной палаты Алексей Кудрин во время первого чтения проекта бюджета на 2020—2022 годы в Госдуме. «Помните, у нас была Концепция долгосрочного развития, мы ее еще называли «План Путина», принята в 2008 году? Там заложен бюджетный маневр — рост расходов бюджетной системы на здравоохранение и образование — до 5% ВВП по каждому», — сказал он.

По словам Кудрина, «вообще такое решение когда-то принималось» на уровне правительства и «Единой России». «Но мы пока находимся на уровне меньше, чем было 11 лет назад», — констатировал он.

В 2008 году, когда утверждалась Концепция долгосрочного развития, реальность виделась по-другому, рассуждает главный экономист Альфа-Банка Наталия Орлова. До 2008 года экономика в среднем росла на 7% в год, и после кризиса 2008–2009 годов многие экономисты были уверены, что Россия вернется на траекторию шестипроцентного роста, напоминает она.

По словам Орловой, концепция представляла собой «оптимистичный сценарий, со ссылкой на историю прошлого десятилетия» [до 2008 года]. Концепция писалась в то время, когда исходили из совершенно других экономических, геополитических, социальных предпосылок, солидарна руководитель направления Deloitte по оказанию услуг финансовым институтам России и СНГ Екатерина Трофимова. «На фоне кризиса и санкций ситуация полностью поменялась. Объективно, это был маловероятный план для исполнения», — отмечает она.

Санкции, введенные против России после присоединения Крыма, повлияли на замедление экономики лишь отчасти, считает Орлова. «Ежегодно мы из-за санкций, по состоянию на 2018 год, теряли 0,5% ВВП, а с точки зрения потенциального роста — 0,3%. Это не тот масштаб проблемы, которая могла бы объяснить расхождение между желаемыми 6% и фактическими 1–2% роста», — сказала она.

Экономика растет медленнее из-за структурных ограничений, например, демографических, и спада инвестиционной активности, пояснила экономист: «Инвестиционный рост до 2008 года был гораздо более интенсивным, особенно частного сектора. После 2008 года инвестиции росли, но в большей степени за счет госсектора».

По мнению Орловой, долгосрочные стратегии развития пишутся не для выполнения на 100%, а для создания образа будущего, исходя из которого государство будет планировать свои действия. И на момент создания в 2008 году концепция развития до 2020 года была вполне оптимальной.

«Проблемы возникают тогда, когда мы стратегию цементируем, 10 лет живем с каким-то планом, а потом смотрим — не выполнили. Стратегия должна быть живой, это некий ориентир, она должна постоянно обновляться в процессе прихода каких-то новых событий, новой статистики. Реальность же меняется постепенно, и эти изменения нужно в стратегию инкорпорировать, — подчеркивает Орлова. — У нас есть такая проблема, что мы формируем стратегию, потом о ней забываем, через пять лет достаем, выясняем, что она не сбылась, говорим, что она плохая и придумываем новую».

Планирование в России часто основывается на «ожиданиях и пожеланиях», а не на просчитанных макроэкономических прогнозах, замечает Трофимова. «Уровень выполнения таких стратегий достаточно низкий. Кроме того, у нас все еще очень волатильная макроэкономическая ситуация, и это осложняет прогнозирование», — заключает она.

Источник: banki.ru